новый литературный христианский проект сказочник литература книги повести рассказы стихи сценки таланты молодые писатели
Новый литературный проектновый литературный христианский проект сказочник литература книги повести рассказы стихи сценки таланты молодые писатели
новый литературный христианский проект сказочник литература книги повести рассказы стихи сценки таланты молодые писателиновый литературный христианский проект сказочник литература книги повести рассказы стихи сценки таланты молодые писателиновый литературный христианский проект сказочник литература книги повести рассказы стихи сценки таланты молодые писатели
новый литературный христианский проект сказочник литература книги повести рассказы стихи сценки таланты молодые писатели


О проекте  skazochniki.ru и  его авторах
Наши произведения
Поизведения наших друзей Как с нами связаться и стать  участником проекта
Книга Жалоб и Предложений снова работает! Форум
Живой Журнал

 

© Светлана Капинос 

 

 

Книга вторая

 

ДЕВОЧКА В МИРЕ ДУХОВ

Сказочная повесть

 

Глава четвертая

ВОЛШЕБНАЯ ФЛЕЙТА ОРФЕЯ

 

– Что это такое! – в сердцах воскликнула Оля. – Никто не показывает мне дорогу, и каждый раз я возвращаюсь обратно!

Слёзы обиды выступили на глаза, и, растирая их по щекам, девочка упрямо пошла вперёд. Жак молчаливой, мрачной тенью следовал за ней. Жгучее желание, во что бы то ни стало достичь своей цели, охватило девочку. Она шла долго-долго и совсем без остановок, пока впереди не показались высокие горы, снизу поросшие редким лесом, а на вершинах голые, укутанные плотными облаками. Оля обрадовалась перемене местности, потому что идти всё время по пустыне было тоскливо. Ступив в предгорный лес, она сразу поняла, что попала в удивительный мир, но с недоверием отнеслась к нему, вспоминая прежние свои злоключения.

«Я не должна останавливаться! – решила Оля. – Надо пройти эти горы как можно скорее!»

Она старалась не смотреть по сторонам, чтобы не отвлекаться, но Жак поминутно указывал ей на диковинных птиц в радужном оперенье, поющих чудесными голосами. Или на странных животных, каких-то удивительных гибридов львов и орлов, собак и ослов, а то и вовсе невероятных – с человеческими лицами, телами или частями тел. Так, например, девочка сильно испугалась, когда на неё с дерева спикировали сразу три отвратительные птицы со злыми женскими лицами и развевающимися в полёте волосами. Они не причинили ей вреда, но от их пронзительных голосов девочке стало жутко. Несмотря на женские лица птиц, выражение их оставалось животным, и крики были тоже нечеловеческие. Жак камнями и палками отогнал птиц от девочки, и они с недовольным видом расселись по деревьям, шипя и провожая их злобными взглядами.

– Это гарпии, – объяснил он Оле. – Тебе нечего их бояться!.. А вот эти будут пострашней!

Он бесцеремонно схватил девочку в охапку и затащил под прикрытие деревьев, спасая от пролетающих низко над лесом двух огромных металлических птиц.

Неожиданно на тропинку перед путниками выскочило странное, добродушное животное с ослиными ногами и собачьим туловищем. Оно с любопытством уставилось на них, весело, по-собачьи ухмыляясь и помахивая из стороны в сторону лохматым хвостом. Вдруг сверху упал, словно бы острый нож и вонзился собакоослу в позвоночник. Подняв морду, зверь страшно завыл, но тотчас десятки лезвий посыпались сверху, он рухнул на землю и смолк, став похож на гигантского ёжика. Одновременно на него спикировали две металлические птицы, перья которых и были лезвиями, сразившими собакоосла. Они дружно вонзили в него железные когти и тяжело поднялись в воздух, помогая себе звенящими крыльями, топорща веерами саблевидные хвостовые перья.

– Кто эти птицы? – в страхе спросила Оля, когда металлические хищники с добычей скрылись из виду.

– Стимфалиды, – хмурясь, ответил Жак. – Похоже, мы в проклятом мире. Надо отсюда убираться!

– Но мы должны пройти этот лес, раз он встретился на нашем пути!

– А я думаю, нужно вернуться и попробовать его обойти, – возразил Жак. – Ты не Геракл, тебя здесь запросто слопают!

– Ни за что! – покрутила головой Оля. – Мы будем идти дальше!

Она вышла из укрытия и храбро зашагала по тропинке. Жак ворча, последовал за ней, но Оля его не слушала, стараясь думать только о том, как скорее выбраться из полного опасностей леса. Она едва не бежала, как вдруг из густого кустарника, подступавшего к тропинке, прямо под ноги ей выкатился жёлтый зверёк, похожий на львёнка, но с человечьим, детским личиком. От неожиданности Оля чуть не упала. Закачавшись, она не удержала равновесия и наступила детёнышу на хвост. Он испуганно завопил. На тропинку через кусты огромным прыжком выскочила мускулистая львица со свирепым женским лицом. Оля от страха растерялась, а женщина-львица изогнулась и выпустила когти, готовясь к нападению. Девочка закрыла лицо руками и сжалась. Но неожиданно раздался пронзительный крик, в изумлении Оля отняла от лица руки. Страшная человекольвица лежала на боку вдоль тропинки, а из рёбер её торчала дрожащая от прерванного полёта стрела. Человекольвёнок жался к убитой матери и жалобно пищал. Среди деревьев стоял кентавр с луком в руках. Лицо у него было осмысленное, он внимательно рассматривал девочку. Волосы и борода его, чёрные и густые, вились кольцами, а глубоко посаженные глаза показались Оле добрыми.

– Поблагодари его! – прошептал ей на ухо подошедший сзади Жак. – Он убил сфинкса.

– Благодарю вас, – послушно сказала Оля, – вы спасли меня!

– Не нужно благодарности, прекрасная дриада, – учтиво сказал кентавр. – Для меня величайшая честь оказать вам услугу!

«Ничего себе услуга – жизнь спас!» – подумала Оля и спросила:

– А вы знаете дорогу к Тому, Кто попрал ад?

– Отсюда к Нему нет дороги, – удивлённо сказал кентавр. – А потом у меня есть имя – Хирон. Называйте меня, пожалуйста, по имени!

– Спроси, как нам отсюда выбраться! – шепнул Оле Жак.

– Любезный Хирон, вы не подскажете, как нам выйти из этого леса? – спросила она кентавра.

– Что я слышу! – изумился он. – Лесная нимфа хочет уйти из леса? Уж не желает ли она стать ореадой, горной нимфой?

– Я не нимфа, – сказала Оля. – Я – девочка, человек.

– Давненько я не видал живого человека, – усмехнулся Хирон. – В последний раз я перевозил на своей спине одного влюблённого доктора!.. Что тебе нужно в нашем мире, прекрасная девочка?

– Я здесь, чтобы спасти моего друга, а эти горы стали на моём пути, мне нужно пройти их как можно скорее!

– А люди всё такие же, – задумчиво сказал Хирон. – И всё так же ради любви готовы на любые безумства!

Пока они разговаривали, маленький сфинкс возле убитой матери жалобно захныкал, сначала едва слышно, а потом уже по-настоящему заревел во весь свой детский львиный голос. Оля подошла к нему и ласково погладила по золотистой голове. Малыш замолчал и доверчиво поглядел на неё лазурными, полными слёз глазами. Олино сердце дрогнуло. Она взяла на руки сфинкса и подивилась тому, какой он тяжёлый. Малыш ухватил передними лапами девочку за плечи, ткнулся лицом в её шею и, горестно вздохнув, моментально уснул. Когда же, шатаясь от тяжести, она опустила его на землю, он сразу проснулся и заскулил. И не умолкал до тех пор, пока она снова не взяла его на руки.

– Ничего себе история, – растерянно сказала Оля. – Мне что теперь, так с ним и ходить?

– Нужно отвезти его Орфею. Он добрый и вырастит сфинкса, – посоветовал Хирон и предложил девочке с малышом садиться ему на спину. Он опустился на землю, согнув в коленях лошадиные ноги, сначала передние, затем задние, и когда девочка со сфинксом уселась, осторожно поднялся.

– Я мигом домчу тебя к хижине Орфея, а потом и вывезу отсюда! – крикнул Хирон.

– А я? – раздался жалобный голос Жака.

– Ты тоже человек? – спросил его кентавр.

– Нет, он демон – злой дух, – ответила за Жака Оля.

– Тогда пускай остается!

– Нет, – возразила Оля. – Он идёт со мной к Тому, Кто попрал ад, чтобы стать добрым. Он хочет научиться любить!

Хирон расхохотался.

– Ну, пусть цепляется за мой хвост да крепче держится!

Жак с недовольным видом ухватился за хвост кентавра, и тот, разбежавшись, взмыл в воздух и вознёсся сначала над открывшейся поляной, а потом над кустами и деревьями.

– Кто такой Орфей? – спросила у летящего кентавра Оля. Одной рукой она обнимала его за пояс, а другой крепко прижимала к груди маленького сфинкса.

– Он – голос земли, певец природы! Он жил на земле человеком, но это было очень давно. Когда он играет на золотой кифаре и поёт, всё вокруг замирает... А вот и его хижина!

Копыта кентавра ступили на устланный цветами луг, от которого исходил густой аромат, умиротворённостью обволакивающий путников.

– Что это за цветы? – спросила Оля.

– Асфодели – дикие тюльпаны, единственные цветы Аида, царства мёртвых, – ответил Хирон. Он подвёз девочку со сфинксом к самой хижине, стоявшей в глубине полянки и окружённой нарядными деревьями. Она осторожно со спящим малышом на руках слезла со спины кентавра и вошла в хижину. Хирон с Жаком остались у входа.

На широком столе внутри хижины девочка увидела множество стружек и деревянных музыкальных инструментов, готовых и недоделанных: свирели, дудочки, флейты, диковинные, в виде зверушек и птичек свистульки. Сам хозяин хижины сидел за столом на грубо сколоченном стуле и увлечённо обстругивал тростниковую палочку. Оля поздоровалась. Он поднял голову и рассеянно на неё посмотрел. Гибкие пальцы его ни на миг не прекращали работы над инструментом, постоянно поглаживали его, постукивали или подчищали ножиком, высверливая маленькие аккуратные дырочки. Длинные волосы, спутанные, как и борода, лежали по плечам Орфея, одетого в серую хламиду из грубой материи. Оля присела на скамью у двери, не в силах больше выносить тяжести малютки-сфинкса.

– Что тебе нужно от меня, очаровательная ореада? – негромко спросил её Орфей. Он окончил работу с инструментом, который оказался флейтой, и сразу в неё дунул. Флейта издала звук высокий и чистый. Довольный своей работой, Орфей отложил в сторону инструмент и снова обратился к Оле: – Зачем ты принесла этого сфинкса?

– Во-первых, я не ореада и не дриада, а такой же человек, каким был ты, когда жил в видимом мире. Кентавр Хирон спас меня от матери этого сфинкса, убив её. Я принесла его к тебе из жалости. Это во-вторых.

Орфей удивлённо и долго смотрел на девочку, затем спросил:

– Что нужно тебе в царстве мёртвых?

– Я здесь, чтобы выручить из плена моего друга. Ему может помочь только Тот, Кто попрал ад. Ты знаешь, как мне найти Его?

Орфей грустно покачал головой. Взгляд его был сочувствующий, а лицо доброе, и девочка ощутила, как слёзы наворачиваются на глаза, и напряглась, стараясь не дать им воли.

– Я тоже, будучи человеком, спускался сюда, чтобы вымолить у царя Аида мою жену Эвридику, но я был глуп и не внял предостережению царя не оборачиваться, уходя, поэтому моя Эвридика вернулась обратно в царство мёртвых.

– А что было с тобой потом?

Орфей поднялся со стула и взволновано заходил по хижине.

– Я любил Эвридику до конца жизни, без неё мне было очень тяжело! Я пел о своей тоске людям и животным, травам и деревьям, а потом пришли эти ужасные женщины-вакханки и убили меня камнями!

– Зачем? – воскликнула потрясённая Оля.

– Затем, что я не захотел распутничать с ними, я оставался верен моей Эвридике до самой смерти.

– А потом? Ты встретился с Эвридикой в царстве мёртвых?

– Конечно, – улыбнулся Орфей. – Теперь мы всегда вместе. Скоро она вернётся, и ты увидишь, как она хороша!

– А вот я не увижусь с моим другом никогда, если Тот, Кто попрал ад, не поможет мне! – сжимая кулаки и поднося их к подбородку, сказала Оля. Сфинкс между тем мирно спал у неё на коленях.

– Как случилось, что друг твой умер? – осторожно спросил Орфей.

– Он не умер. К тому же он не человек, а дух леса.

– Моя Эвридика тоже не была человеком, – заметил Орфей. – До того как она стала моей женой, она была лесной нимфой, а потом её ужалила змея, и она умерла.

– И мой друг пострадал от змеи, только великой, – сказала Оля. – Это она велела заточить его в темницу.

Внезапно дверь хижины распахнулась, и в комнату влетела стройная темноволосая девушка в зелёном полупрозрачном платье с огромным букетом асфоделий в руках. Это была Эвридика, подруга Орфея. Глядя, как они обнялись и с каким ласковым выражением смотрели друг на друга, Оля вспомнила себя с Маленьким Лешим и расстроилась. Слёзы выкатились из глаз, не в силах более сдерживаться, девочка расплакалась. Потревоженный её всхлипываниями маленький сфинкс проснулся и тоже заплакал, тоненько и жалобно. Орфей взял малыша на руки, а Эвридика присела рядом с Олей и стала её утешать, поглаживая по голове и плечам.

– Мне нужно торопиться, – сказала Оля. – Я здесь столько времени, а до сих пор не знаю, где искать Того, Кто попрал ад!

Прижимая сфинкса к груди, Орфей взял со стола другой рукой сделанную им флейту и протянул Оле.

– Возьми, это тебе на память.

Оля смутилась.

– Но я не умею играть!

– Это и не нужно, – засмеялся Орфей. – Флейта сделана из говорящего тростника. Стоит тебе лишь подуть в неё, как она сама образует слова и музыку, созвучные твоей душе, и говорить она будет твоим голосом.

Оля благодарно приняла флейту и вместе с хозяевами вышла из хижины. Она распрощалась с ними и уселась вместе с Жаком на спину кентавра, который тотчас взмыл в воздух и долго летел над высоченными горами и глубокими ущельями, пока не достиг края сказочной страны, где приземлился около безбрежной каменной пустыни, как две капли воды похожей на ту, по которой девочка шла раньше.

 

Великая Змея была в гневе. Она глядела в большое серебряное зеркало и видела в нем бредущую по пустыне Олю, за которой тащился Жак – демон Гюбар. Он ничего не смог сделать, чтобы остановить девочку.

«Если она и дальше будет так продвигаться, то выйдет из мира духов до истечения срока наказания Маленького Лешего! Необходимо задержать её во что бы то ни стало! Через сто дней он отправится в бездну, но что придумать, чтобы остановить её?..»

– Ваше змеинство, извольте выслушать! – прервал размышления Великой Змеи внезапно появившийся чёрный демон, с ног до головы закутанный в шёлковый плащ. Бледное лицо его было так уродливо, что даже видавшая всяких чудовищ Великая Змея потупилась.

– Кто ты такой? – стараясь выглядеть строгой, спросила она.

– Моё имя Тят-Пюй. Я послан Урианом в помощь Гюбару, чтобы силой задержать девчонку, если не удастся её искусить.

Великая Змея обрадовалась.

– Клянусь адом, я только что об этом думала! Но как это сделать?

Тят-Пюй вынул из шёлковых складок плаща старинный кувшин с узким горлышком и сказал: – Здесь напиток Забвения Любви, приготовленный на воде из Леты. Девчонка выпьет его и забудет про Маленького Лешего, а мы подставим ей нового дружка. В этом нам поможет демон Асмодей – ненавистник чистой любви и разрушитель браков!

Тят-Пюй взмахнул полой плаща, и перед троном появился отвратительный демон в ядовито-жёлтом одеянии.

– Нам понадобится ещё Фантом – мелкий бес, развлекающийся тем, что мучает по ночам кошмарами грешников, – сказал Тят-Пюй и негромко окликнул: – Фантом!

– Я здесь! – раздался у подножия трона слабый писк. Великая Змея вытянула туловище и увидала безобразного беса с рожками, копытцами и хвостом, нахально развалившегося у трона. – Моё почтение, ваше змеинство! Дважды меня звать не приходится, это ухожу я с трудом! Я весь к вашим услугам!

– Я приму образ матери девчонки и заставлю её выпить напиток Забвения Любви, – продолжил выкладывать свой план Тят-Пюй. – Затем мы сотворим такой город, в каком она жила в видимом мире, и она пробудет в нём до окончания срока наказания Маленького Лешего.

– А я? – воскликнул Фантом. – Что буду делать я?

– Тебя Асмодей превратит в симпатичного мальчишку, перед чарами которого девчонка устоять не сможет. Она влюбится в него и уже никогда не вспомнит о своём приятеле!

– Какая превосходная работа! – восхитилась Великая Змея. – Сразу видно, что Уриану служат только профессионалы!

Польщённый Тят-Пюй улыбнулся Великой Змее и, взмахнув черным плащом, принял облик умершей Олиной мамы. Асмодей вытащил из кармана огромный жёлтый платок и накрыл им кривлявшегося Фантома. Когда с ловкостью фокусника разрушитель браков сдёрнул платок, то под ним вместо безобразного беса оказался сидящий на каменных плитах улыбчивый светловолосый мальчик. Он встал и продемонстрировал свой синий костюм из набивного шёлка с бабочкой-галстуком на шее. Тят-Пюй в образе Олиной мамы поморщился.

– Надень его как-нибудь современнее!

Асмодей послушно обернул мальчика-беса жёлтым платком и, сдёрнув его, показал всем новый наряд из серого с ярким рисунком пуловера, синих джинсов и белых кроссовок. Вид у мальчика был подходящим Олиному времени, и все остались довольны чародейством Асмодея. Тят-Пюй в виде Олиной мамы спрятал кувшин в сумку и подошёл к серебряному зеркалу.

– Пора! – сказал он, вглядываясь в бредущих по пустыне девочку и демона, и исчез. Великая Змея, мальчик-Фантом и Асмодей прильнули к зеркалу и стали смотреть, что будет дальше.

 

– Мне кажется, эта пустыня никогда не закончится! – пожаловалась Оля, ступая босыми ногами по острым камням. Она давно уже не чувствовала боли, подошвы её затвердели и сами казались каменными.

– Давай остановимся, – с унылым видом предложил Жак, бархатный чёрный костюм которого покрылся толстым слоем пыли, а белый кружевной воротник-жабо стал грязно-серым.

– Нет! – отрезала Оля. – Будем идти, сколько придётся, а иначе мы никогда не доберёмся до цели!

Неожиданно она услыхала за спиной женский голос, звавший её по имени, и обернулась. Перед ней был современный город с многоэтажками и машинами, Оля даже учуяла знакомый загазованный воздух. От города к ней бежала девушка с короткой стрижкой, в безрукавке и джинсах. На плече у неё висела сумка. Подбежав, девушка пригладила разлохматившиеся волосы и улыбнулась Оле.

– Здравствуй, моя девочка! – нежно сказала она, и у Оли перехватило дыхание: это была её мама!.. Оля перевела растерянный взгляд на Жака и удивилась тому, как пристально вглядывается он в мамино лицо.

– Я знаю, моя бедная девочка, ты сомневаешься в том, что видишь именно меня, и не стану тебя задерживать. Я хочу указать тебе дорогу к Тому, Кто попрал ад!

Олина мама вынула из сумки кувшин с узким горлышком.

– Здесь божественный напиток, который приведёт тебя к Нему. Нужно только пожелать это и сделать глоток.

Оля взяла кувшин и снова посмотрела на Жака.

«Как быть?» – спрашивала она глазами.

– Пей! – сказал Жак и отвернулся.

– А ты?

– Я потом, – не оборачиваясь, глухо ответил он. Оля взглянула на маму.

– Я очень скучала по тебе, – застенчиво сказала она.

– Я тоже, моя девочка, – улыбнулась мама. – Я ни на миг не забываю тебя и папу. Когда ты вернёшься домой, скажи ему об этом, ладно?

Оля кивнула, еле сдерживая накипавшие слезы.

– Не надо плакать! – обеспокоено сказала мама. – Тебе нужно беречь силы. И торопись: времени осталось мало!

– Я хочу увидеть Того, Кто попрал ад! – сказала девочка, отпила из кувшина и без чувств упала на камни.

– Хотеть не вредно! – сказал Тят-Пюй, принимая свой облик. Жак-Гюбар наклонился над девочкой.

– Что было в кувшине?

– Вода из Леты. Мы перенесём девчонку в ложный город, и она будет там жить, покуда её приятель не отправится в бездну.

– А сколько ему осталось?

– Восемьдесят дней.

– Значит, в видимом мире прошло уже двадцать лет!

Тят-Пюй кивнул, демоны с девочкой исчезли.

 

В который уже раз Оля проснулась с головной болью и чувством, что видела какой-то очень значительный сон, но не могла вспомнить какой. На стуле возле кровати пронзительно заверещал будильник, и девочка привычным жестом хлопнула его по кнопке. Она с трудом заставила себя встать, чтобы собираться в школу. Папа почти две недели находился в командировке, и в школу можно было бы не пойти, но девочка обещала ему не прогуливать и вообще вести себя замечательно, только чтобы он разрешил ей жить дома, а не отправлял к тётке. После холодного умывания боль в голове прошла, но появилось новое неприятное чувство, будто она живёт не в реальности, а во сне, и стоит лишь сделать усилие, как она проснётся и вернётся в действительность. Пока девочка одевалась и завтракала, прошло более получаса. Взглянув на часы, она поняла, что опаздывает, и заторопилась, быстро складывая в портфель книги и тетради. Неожиданно в ящике стола она обнаружила простенькую тростниковую флейту и в недоумении наморщила лоб. Но размышлять о том, как флейта оказалась в ящике, ей было некогда. Решив, что флейту купил папа, но забыл о том сообщить, Оля машинально сунула её в портфель вместе с карандашами.

На урок она всё-таки опоздала и, войдя в класс с виноватым видом, увидала за своей партой вместо всегдашней подруги, которой почему-то в этот день не было, новенького светловолосого мальчика. Она села на своё место с ним рядом и немного смутилась под внимательным взглядом, каким он её окинул.

– Как твоё имя? – шёпотом спросил мальчик.

– Оля, а твоё?

– Серж.

– Серёжа? – переспросила Оля.

– Нет, Серж. Мои предки жили во Франции.

Новый сосед понравился девочке. На перемене они разболтались, и Оля узнала, что Серж недавно переехал с родителями в их город, что, кроме русского, он знает ещё несколько языков. Оказалось, что за свои одиннадцать лет он успел побывать на пяти континентах и что дома у него есть превосходная коллекция минералов, которую он собрал вместе с отцом. Камни заинтересовали девочку, и они договорились после уроков идти к нему домой – смотреть коллекцию. Серж не сводил с Оли глаз, и она заметила, что другие одноклассники косятся на них, но разговаривать с Сержем было так интересно, что она решила не обращать ни на что внимания. После уроков, как и собирались, они пошли к Сержу. Дома у него было красиво, но повсюду стояли ещё не распакованные с дороги коробки, и только комната мальчика была в относительном порядке.

Оля удобно устроилась на мягком диванчике, а Серж принёс обещанную коллекцию. Показывая девочке камни и рассказывая, откуда они родом, он придвинулся к ней совсем близко и непринуждённо положил руку на плечи. Оля равнодушно его слушала: всё, что он говорил, было давно ей известно, и только один камень неожиданно привлёк её внимание. Это был кусок необработанной бирюзы, сколотый где-то в Иране. Ярко-голубой с легчайшей примесью зелени цвет камня взволновал девочку, и с новой силой на неё нахлынуло утреннее чувство, точно она находится не наяву, а во сне, и нужно только сделать усилие, чтобы проснуться или что-то важное вспомнить. Словно липкая паутина оплела её голову. Это было очень противное чувство!

Заметив, что Оля его не слушает, а думает о чём-то своем и долго разглядывает камень, Серж спросил, чем заинтересовала её бирюза?

– Не знаю, – вздохнув, ответила Оля. – Она мне что-то напоминает, но вот что? Не могу вспомнить!

Девочка положила камень на место, и Серж сразу же унёс коллекцию. Оля встала с диванчика и прошлась по комнате. Мысль о бирюзе не оставляла её. Ей казалось, что если она вспомнит, что же именно напоминает ей бирюза, то липкая паутина спадёт, и она успокоится. Серж вернулся в комнату и предложил девочке прогуляться. Она согласилась, но сказала:

– Давай сначала сделаем уроки. Я обещала папе, что не буду вечером портить зрение под лампой!

Серж сморщил нос.

– Он всё равно в командировке и не узнает!

– Я не могу обманывать, потому что... – Оля запнулась. Действительно, почему она не может лгать, если часто делала это раньше? Девочка чувствовала, что в её жизни было нечто такое, после чего она перестала говорить неправду, но что? Она не могла вспомнить, и это её сильно огорчало.

Серж принёс портфели: свой – кожаный, на ремне, с замысловатыми замочками, и её – обыкновенный, с небольшой ручкой. Свой портфель Серж отдал Оле, а сам стал выкладывать вещи из её портфеля.

– Что это? – спросил он, вынимая флейту. – Зачем ты её таскаешь?

– Случайно взяла с карандашами... Ты умеешь играть?

Серж важно кивнул и поднёс флейту к губам, но звука не получилось, только отвратительное шипение.

– Да она бракованная! – презрительно сказал он, засовывая флейту обратно в портфель.

Оля обиделась.

– Мой папа не мог купить ничего бракованного: он всегда всё проверяет!.. Дай мне флейту!

Серж послушно протянул девочке инструмент.

– Ты играешь?

– Нет, – ответила Оля и, взяв у него флейту, подула. Неожиданно полилась очень грустная мелодия, и флейта заговорила вдруг Олиным голосом:

 

– Сто долгих-предолгих, долгих дней

Мне до тебя идти.

Сто долгих-предолгих, долгих дней!

Как мне тебя спасти?

Кто мне подскажет, кто даст ответ?

Но молчит тишина.

Нет мне ответа и смысла нет.

Снова бреду одна.

Сто долгих-предолгих, долгих лет

От меня до тебя.

Сто долгих-предолгих, долгих лет

Я прохожу, любя…

Внезапно Серж побледнел.

– Брось сейчас же! Это гадкая флейта! – крикнул он и кинулся отбирать инструмент у девочки.

– Ни за что! – тоже крикнула она, пряча флейту и отпихивая мальчика. – Я тебе больше не верю!

Тут случилось неожиданное: липкая паутина в её голове стала сползать, а вместе с ней всё вокруг заколыхалось и растворилось, комната исчезла, и девочка осталась стоять одна в чешуйчатом платье посреди каменной пустыни. Она сразу всё вспомнила!

Неожиданно раздался писк, и она отдёрнула ногу, стоявшую на сморщенной тряпке, бывшей на месте мальчика. Из-под неё выскочил омерзительный бес размером с кошку, с копытцами, рожками и длинным хвостом, и задал стрекача по пустыне. Он так смешно улепётывал, задрав тощий хвостик, что девочка засмеялась. Бес приостановился и, обернувшись, погрозил ей кулачком и пропищал обидное ругательство, но Оля не рассердилась.

– Я вспомнила! – громко сказала она. – Я всё наконец-то вспомнила! И никто на свете теперь меня не остановит!

Девочка быстро и легко зашагала по пустыне, громко разговаривая с кем-то, кого не видела, но кто непременно, она это знала, должен был её слышать:

– Ага, вы меня боитесь! Я поняла, что боитесь, потому что пытаетесь насильно меня задержать! Так знайте: я не остановлюсь до тех пор, пока не приду к Тому, Кто попрал ад, и не освобожу Маленького Лешего!

 

Великая Змея, содрогаясь от ярости, выслушивала девочку, наблюдая её, решительно шагавшую по пустыне, в серебряном зеркале.

– Как ей удалось вырваться из плена забвения? – в досаде воскликнул Тят-Пюй и ударил кулаком о подножие трона. Неожиданно послышался писк, и из воздуха появился Фантом, потирая голову.

– Ты чего? – удивился Тят-Пюй.

– Ты ударил как раз по тому месту, где я материализовался! – пожаловался бес.

– Материализуйся в другом месте! – рассердился Тят-Пюй. – Зачем дал девчонке флейту?

– А я знал, что она такая? – огрызнулся Фантом. – Предупреждать надо было!

– Голова у тебя зачем? Только на мелкие пакости ума и хватает!

– Перестаньте! – поморщился Гюбар. – Я предупреждал, что с девчонкой нужно действовать хитрее...

– Смотрите! – перебила его Великая Змея и указала кончиком хвоста в зеркало. – С кем это она там разговаривает?

Фантом и демоны уставились на изображение.

 

 

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

 

 

 

Все права защищены. Copyright © 2004 - 2006 гг. СКАЗОЧНИКИ.ru